«Впервые история человечества явила зрелище,— подчеркивал Поль Лафарг,— когда пролетарии всего мира, объединившись в одной мысли, одушевленные одною волею, следовали одному лозунгу, когда они объединили свои силы для общего единого действия».
Долгое время вновь созданный в Париже II Интернационал не имел устава, не было также и центрального руководящего органа. Основная причина заключалась в том, что буржуазия и подвластное ей реакционное классовое правосудие во многих странах не допускали более тесного организационного объединении рабочего класса. Именно поэтому решение о проведении первомайского праздника имело особенно большое значение для дальнейшего развития международного рабочего движения, для укрепления и расширения его внутренних связей. «Резолюция о 1 мая,— писал Фридрих Энгельс,— была лучшей из принятых нашим конгрессом. Она доказывает нашу силу во всем мире, лучше возрождает Интернационал, чем все формальные попытки реорганизации…»
